Home » “Россия пытается затыкать дыры частями, менее ценными на фронте”. О роли батальона “Ахмат” в Белгородской области рассказывает правозащитник
Featured военный Новости Политический Россия

“Россия пытается затыкать дыры частями, менее ценными на фронте”. О роли батальона “Ахмат” в Белгородской области рассказывает правозащитник


Депутат Госдумы Адам Делимханов вечером 14 июня опровергинформацию о собственном ранении или смерти. Позже это сделал и Рамзан Кадыров, опубликовав видео встречи с Делимхановым.

Журналисты обратили внимание, что на фрагментах, где крупно показывают Кадырова, видно, что зачастую его артикуляция не совпадает со звуковым рядом. И о покушении на Делимханова говорит только Кадыров. У других участников этого видео, в том числе Делимханова, никаких проблем с совпадением движения губ и звука нет. При этом сам Делимханов сообщения о своем ранении или смерти не комментирует.

Новостям о то ли исчезновении, то ли ранении Делимханова предшествовала другая информация: 13 июня Рамзан Кадыров заявил, что чеченский батальон “Запад-Ахмат” перебросят в Белгородскую область для предотвращения диверсионных вылазок с территории Украины.

О том, что произошло с Делимхановым, чем занимается батальон “Ахмат” в Украине и от кого он будет защищать Белгородскую область – Настоящему Времени рассказал член совета Центра защиты прав человека “Мемориал” Александр Черкасов.

– Вы наверняка следили за этими противоречивыми сообщениями о гибели или ранении Делимханова. Кадыров сначала просил помощи у украинской разведки, потом написал, что делал все это специально, а с Делимхановым все в порядке. При этом вышло это видео, где звук не совпадает с движением губ Кадырова. Что происходит?

– Во-первых, я не следил за всем этим. Было понятно, что происходит неразбериха. Было понятно, что туман войны. Что с Делимхановым, мы не знаем. Мы знаем, что вчера Кадыров и многие другие делали вид, что все в порядке. Что на самом деле – не знаем. Другое дело, что эта история нас привлекает к тому сюжету, что кадыровцы, во-первых, воюют в Украине с самого начала полномасштабной агрессии, с 24 февраля. И во-вторых, к их роли.

На самом деле поначалу это были части национальной гвардии. У Кадырова, в общем, особенно ничего больше и не было. Части Росгвардии, которые пригодны к партизанским действиям, к зачисткам в тылу, к контролю территорий. Их именно так и привлекали.

С другой стороны, изо всех сил с самого начала Рамзан Кадыров демонстрировал, что именно его подразделения и ведут всю войну, именно они всех уже победили. Это многократно было опровергнуто. И даже в какой-то момент в мае прошлого года Песков запретилфедеральным СМИ без согласования использовать кадыровские материалы. Уж больно активно он выступал, противореча общей линии.

Дальше ситуация изменилась, когда выяснилось, что не хватает сил, чтобы всех немедленно победить. Началось формирование так называемых добровольческих батальонов. Рамзан Кадыров вызвался сформировать четыре таких батальона, один из которых был расширен до полкового трехбатальонного состава. Но надо сказать, что здесь он работал прежде всего на себя. До того момента, повторю, это были части Росгвардии с легкой бронетехникой. А тут-то формировались армейские батальоны полного состава, укомплектованные, вооруженные, оснащенные техникой как армейские батальоны. И теперь в распоряжении Кадырова находятся уже армейские части, причем достаточно мотивированные. В часть из этих батальонов переводили полицейских, ранее служивших в кадыровских структурах, то есть проверенных и лично преданных. В другие батальоны направляли чуть-чуть другой контингент.

Откуда взять столько добровольцев? Как выяснилось, это достаточно массовая практика: людей задерживают, ранее пойманных на мелком криминале, имевших административные задержания, и предлагают им три варианта: либо ты записываешься добровольцем, либо ты, если ты мелкий бизнесмен, а таких тоже задерживали, платишь 300 тысяч плюс-минус рублей, либо идешь в тюрьму. Таким образом решались две проблемы: и поиск добровольцев, и поиск денег, которые нужно заплатить при подписании контракта. Чечня тут была впереди планеты всей.

И надо сказать, после этого было изрядное волнение, когда была объявлена мобилизация, потому что мобилизация – это уже совсем другое. Мобилизация в регионе, где практически все многодетные, по закону не очень могла бы быть проведена. И Кадыров заявлял, что “мы уже выполнили план мобилизации за счет добровольцев и не будем дополнительно ничего делать, мы уже все сделали, “Ахмат” – сила”.

При этом участие кадыровских частей в войне было такое: да, тикток-войска, да, сообщения о том, что мы заняли такой-то город. Слушайте, вы заняли, скажем, Лисичанск после того, как оттуда отступили украинские войска, выходя из возможного окружения. Во-вторых, вы защищали уже контролируемую федеральными войсками территорию.

Но сейчас все меняется. Как вы видите, в течение войны поменялась и роль пригожинских структур, вагнеровцев, которые стали основной штурмовой силой в сражении в Бахмуте. И меняется роль этих войск, этих силовых структур с учетом того, что украинские силы, контролируемые Главным управлением разведки и представленные добровольческими формированиями – тут и РДК, тут польские и белорусские добровольцы – начали действовать на территории Белгородской области, на территории России – там, где не предполагалась, вероятно, никакая их активность.

– О Белгородской области. Кадыров заявил, что чеченский батальон “Запад-Ахмат” отправился в Белгородскую область для предотвращения диверсионных вылазок, как это называют в России. Мы можем предсказать, что именно в регионе будут делать эти военные из Чечни? Чего нужно ждать жителям Белгородской области от присутствия там кадыровцев?

– Ясно, чего там нужно ждать. Судя по сообщениям независимых журналистов, пытающихся работать в Белгородской области, там отсутствие контроля без власти. Кадыровцы как раз умеют контролировать территорию, умеют работать в лесистой местности.

– Без власти на территориях, на которые совершаются атаки РДК?

– На территориях, где российские силовые структуры оказались неспособными противостоять диверсионно-разведывательным группам, заходящим с территории Украины. Тут кадыровцы должны заниматься тем, что они умеют: контролировать территорию там, где, по сути дела, повстанческие партизанские части. Может быть, что-то у них получится, не знаю. Честно сказать, хаос во всем этом деле. Если вспомнить первый заход в район Грайворона, там же первая реакция России была в том, что начали вывозить хранилища ядерного оружия, центральную базу хранения “Белгород-22”.

– Да, некоторые эксперты такое допускали.

– Так ведь понимаете, с точки зрения российских военных, российской военной школы, если диверсионно-разведывательные группы оказываются в районе, где расположена база хранения ядерного оружия, значит, эти базы и есть цель этих диверсионно-разведывательных групп. Вокруг ядерного оружия очень многое построено в сознании российских и советских военных. После этого, насколько я знаю, усилили охрану аналогичных объектов, перебросили туда войсковые части – и в Брянской, и в Воронежской областях. Хотя, насколько я понимаю, украинские группы – те, кто планировал это, – они интересовались военными объектами только с точки зрения обойти посты, которые их охраняют.

– А кадыровцы смогут это все защищать?

– Они к этому чуть более приспособлены, потому что эти действия последних лет в Чечне – поиск повстанцев, работа в горно-лесистой местности, зачистки населенных пунктов – это то, чему их учили. Это не линейная война с тяжелой техникой. Получится или нет – бог его знает. Насколько дисциплинированы они будут – бог его знает. Но очевидно, что Россия пытается затыкать эти дыры теми частями, которые на фронте в линейном соприкосновении с наступающей украинской армией, видимо, менее ценны. А вот в такого рода задачах прикрытия территорий, прикрытия границы в лесной зоне – может быть, в большей степени приспособлены. В этом есть нечто рациональное.

То, что Адам Делимханов оказывается на фронте, даже в близости от фронта, – это некоторый важный знак. Потому что до тех пор там был Апти Алаудинов – человек более низкого ранга. А Делимханов – это то ли правая, то ли левая рука Кадырова. Это означает, что значительная часть кадыровских сил находится на войне и что руководить ими был послан один из доверенных людей Кадырова. А уж что с ним произошло, где он сейчас, в каком состоянии, цел ли – наверное, мы узнаем, но уж точно не из вчерашних сообщений с признаками монтажа.

– А жителям Белгородской области, гражданам России, какая-то угроза именно от этих подразделений из Чечни может существовать?

– С одной стороны, может. С другой стороны, не надо демонизировать чеченцев. Кадыровская пропаганда еще в прошлом году привела к тому, что везде, где звучала нерусская речь, считалось, что действуют именно чеченцы, что именно чеченцы причастны к преступлениям повсюду. Это было не так. Мои коллеги, прослушивая перехваченные записи телефонных переговоров, где им говорили, что там сплошной чеченский язык, не находили ни одного слова по-чеченски. А там, где мы видели подлинные переговоры чеченцев со своими родственниками, – там ведь разное было. Например, родители говорят сыну: “Не смей брать ничего в домах этих людей. Они бежали от войны так же, как мы когда-то бежали”. Сын им отвечает: “Я ничего не беру. Только телефоны у нас отобрали. Вот я телефон для связи беру и выкидываю”. И другие подобные сообщения были. Чеченцы такие же люди, как и все мы. Не нужно делать из них какую-то страшилку.

Другое дело – то, что режим за 20 лет войны сделал из каких-то чеченских подразделений, из каких-то чеченских структур. Да, они творили страшные вещи в Чечне – вот эти все кадыровские приближенные. Но не нужно распространять это на весь чеченский народ.

Я скажу сейчас важную вещь. Служба империи для разных горцев – шотландцев, швейцарцев – это нормальная и почетная служба. Они не считают это чем-то зазорным, как и службу в царское время, если угодно. По адату это возможно.

Да, российская армия творит преступления в Украине. Да, российские силовики творят там преступления. Но не нужно думать, что чеченцы – это какие-то особенные люди.

Источник: Current Time

Translate